Михаил Комин, Кирилл Рогов


Результаты опросов об отношении россиян к войне вызвали острые дискуссии: одни видят в них доказательство царящего в России имперско-милитаристского духа, другие, наоборот, объявляют их нерелевантными в условиях военного времени.

Re: Russia проанализировала все доступные данные об отношении к войне, собранные как большими социологическими центрами, так и независимыми поллстерскими командами, основные аргументы развернувшейся дискуссии и результаты опросных экспериментов. Данные опросов в условиях авторитаризма и военного времени нельзя воспринимать буквально, но нельзя говорить и об их незначимости.

Различные эксперименты указывают, что 10–15% респондентов могут быть склонны к «фальсификации предпочтений» — смещению ответов в сторону более безопасных и социально одобряемых. Кроме того лояльные и нелояльные режиму респонденты по-разному воспринимают «климат мнений»: среди нелояльных опасения прямого высказывания гораздо выше. А значит, не может быть отброшена гипотеза, что нелояльные режиму граждане чаще уклоняются от участия в опросах, что ведет к «инфляции лояльности» в их данных.

В целом поддержку войне высказывают от 50 с небольшим до 75% из тех, кто соглашался отвечать поллстерам. Масштаб поддержки сильно зависит от формулировок и условий проведения опроса, что указывает на «рыхлость» представленного в них провоенного большинства. Поддержка войны росла в марте — начале апреля, но стабилизировалась или начала снижаться в конце апреля и в мае. Значительный перевес сторонников войны в опросах обеспечивают люди старших возрастов, чья информационная и эмоциональная картина формируется телевизором, более критично настроены молодые, пользователи соцсетей, москвичи и группы с низким доходом.

Все эти данные позволяют характеризовать сложившуюся в обществе ситуацию как «навязанный консенсус». Он отражает как искусственность провоенной коалиции, так и низкую резистентность общественных групп, не являющихся сторонниками войны, но вынужденно соглашающихся с навязанной точкой зрения. В то же время механизм «навязанного консенсуса» может оказаться неустойчивым перед лицом резких изменений информационного фона или экономических условий.


Скачать PDF

22.07.12 Konservy.pdf


Опросы общественного мнения об отношении россиян к нападению на Украину вызвали дискуссии экспертов и жаркие споры общественности и политиков. Одни видят в них доказательство повсеместно царящего в России имперско-милитаристского духа, другие, наоборот, объявляют нерелевантными любые результаты массовых опросов в условиях военного времени. Так можно ли пользоваться данными опросов и о чем они на самом деле нам говорят?

В этом обзоре мы рассматриваем основные аргументы дискуссии вокруг опросов и всю сумму доступных на нынешний момент данных об отношении россиян к войне.

Результаты опросов общественного мнения в условиях авторитарного режима и военных действий, резко повысивших издержки «инакомыслия» и репрессивность режима, нельзя воспринимать так же, как нормальные опросы в условиях политического плюрализма, и следует интерпретировать крайне осторожно. В то же время на настоящий момент неверно считать полученные опросными центрами данные нерелевантными.

Предположения об искажении респондентами своих предпочтений в текущих условиях под влиянием как «воображаемого консенсуса» (выбор социально одобряемого ответа), так и «внутреннего цензора» (опасение наказания) подтверждаются проведенными в последние месяцы опросными экспериментами.

Опросные данные также показывают, что лояльные и нелояльные респонденты очень по-разному воспринимают «климат мнений»: опасения в отношении высказывания своего мнения среди нелояльных режиму респондентов гораздо выше, чем среди лояльных. А значит, не может быть отброшена гипотеза о наличии «фильтра достижимости», то есть о том, что нелояльные режиму респонденты могут чаще уклоняться от общения с поллстерами, в результате чего возникает смещение выборки.

Powered by Fruition